October 30th, 2017

Эй, моряк...

            Невесомость невесомостью, но массу тела при потере веса пока никто не отменял. Эту сентенцию Энрике в полной мере ощутил всем телом, вписавшись в приборную панель. Искры в глазах полыхнули настолько ярко, что у астронавта поневоле на долю секунды мелькнула мысль, как бы чего не воспламенилось. Этой мысли немало содействовали орущие тревожные сигналы.
            Потирая ушибленный лоб, Энрике оттолкнулся от потолка, куда его отбросило после удара, подплыл к пульту управления и принялся выключать поврежденные системы, перенаправляя их функции на вспомогательные модули. Наконец, вой аварийных сигналов умолк – работу основных систем корабля удалось стабилизировать. Настала очередь оценки повреждений.
            Открыв щит пилотского иллюминатора, Энрике в первый момент подумал, что ударился чересчур сильно. Судорожно икнув, он в полном недоумении выдохнул в пустоту пространства:

– Господи, что это?!
– Что вы имеете в виду? – отозвался молчавший эфир.
– Вот это, господи! – выкрикнул астронавт. – Вот это!
– Что конкретно вас в этом смущает? – поинтересовался собеседник.
– Конкретно? – оторопел Энрике. – Конкретно – ВОТ ЭТО ВСЁ!
– Слоны?
– И слоны тоже! И это проклятое земноводное!
– Черепаха – не земноводное, – поправил эфир. – Черепаха – пресмыкающееся.
– Что?
– Черепаха – пресмыкающееся, – повторил голос.
– А Земля?
– Что – «Земля»?
– Она плоская!
– Ах, это...
Collapse )